Через пятнадцать минут его жена уже дремала в кресле, а он пошел в детскую комнату. — Тут приехал какой-то тип сквозь оцепление ломится… — Лом на секунду замялся. Об усопшем этом, странном, действительно неистовом человеке, которого временами считал Тургенев своим жестким оппонентом, временами им восхищался и любовался, а иногда и злился, и дулся, и сердился на него.